Category: знаменитости

Category was added automatically. Read all entries about "знаменитости".

Фродо

(no subject)

Перечитываю сейчас роман Лихэйна «Ушедший мир». Перечитываю, потому что впервые прочел его три недели назад, за одно воскресенье. Читал, не отрываясь, следя только за основным сюжетом, почти не замечая второстепенных деталей, языка и т.п. – словно гонишь машину по извилистой дороге на большой скорости, и нет никакой возможности разглядывать пейзажи у обочины. Теперь читаю не спеша, смакуя - благо, знаю, чем всё кончится.
Лихэйн неимоверно крут. Его роман населен великолепно выписанными персонажами. Даже герои второго плана, появляющиеся всего на несколько страниц (зачастую, не переживающие и одной главы) – выпуклые, яркие, с прописанной биографией, действительно живые. Хотел было написать «достоверные», но, справедливости ради - нам ли судить о том, какими на самом деле были гангстеры тридцатых-сороковых годов прошлого века? Мы знаем о них, в основном, из «Крестного отца» и «Однажды в Америке» (и в аннотации к роману Лихэйна классическую сагу Марио Пьюзо не могли не вспомнить, конечно же). Однако лично у меня ассоциации возникли скорее с “American Underworld” Джеймса Эллроя. И не потому, что там пара общих героев – Карлос Марчелло, Мейер Лански (вы знали, кстати, что Лански родом из Гродно?). А почему, казалось бы? События «Ушедшего мира» происходят на полтора десятилетия раньше, чем в трилогии Эллроя (из которой я, к слову, читал пока только первые два романа). Да, второстепенные герои, вроде больших боссов мафии – те же, но главные герои совсем иные. Язык – совсем другой: Эллрой, кажется, боится, что если в одной фразе будет больше пяти слов, то его сочтут болтуном, а у Лихэйна предложения сплошь сложноподчиненные. Эллрой знает «умные» слова, за которыми впору лезть в словарь (достаточно послушать разглагольствования Джей. Эдгара в его романах), но в авторской речи он нарочито примитивен (правда, из-за огромного количества сленга понимать её едва ли не сложнее). У Лихэйна вычурности нет, есть просто великолепный язык – как если бы Рэймонд Чандлер поучился на литературном факультете.
Герои Лихэйна отличаются от героев Эллроя. И те, и другие трагичны, конечно же, но драма совсем разная – как театр кабуки отличается от шекспировских пьес, как «Город грехов» отличается от «Настоящего детектива». В драму Пита Бондюрана или Уорда Литтела я готов поверить, но прочувствовать её я не могу, и не могу избавиться от ощущения некой схематичности; от мысли, что где-то у автора концы с концами не сходятся – в том, что касается мотивов, мечтаний, устремлений героев. С Лихэйном у меня таких сомнений не возникает. Может быть, потому, что в романе почти у каждого персонажа есть дети? У Терезы, у Билли Ковича, у Монтуса Дикса, есть новорожденная дочка у Уайета Петтигрю, и даже у доктора Ленокса есть ребенок (ну, по крайней мере, призрак ребенка) – не говоря уж о сыне самого Джо Коглина. Сопереживать герою, который заботиться о своем ребенке, гораздо проще (приемчик на заметку писателям, желающим создать героя, на которого читателю было бы не наплевать). Сложно сказать, насколько родительская эмпатия помогает проникнуться образом персонажа вообще, но, скажем, когда я пару лет назад перечитывал и пересматривал «Прощай, детка, прощай», я поймал себя на том, что статус родителя трех-четырехлетней дочери заставляет как-то более глубоко переживать перипетии сюжета (Т.е., когда похищают какую-нибудь маленькую девочку – это жуть, но если ты представишь, что кто похитил твою маленькую дочь – вот где настоящий ужас-то).

Впрочем, что-то я отвлекся. Поехал вчера, купил предшествующий «Ушедшему миру» роман Лихэйна «Ночь – мой дом». Тоже сильная книга - я примерно год назад читал в электронной читалке, но решил вот перечитать на бумаге.
Фродо

Иероним Босх и современная литература

Посмотрел первый сезон сериала «Детектив Босх (просто “Bosch” в оригинале). Мне очень понравилось, рекомендую. Для тех, кто не читал книжек про Босха, скажу, что, на мой взгляд, это самый лучший из современных детективов; для тех, кто читал, упомяну, что сценарий сериала писал сам Коннелли (выступивший также в качестве одного из продюсеров). Актерский состав не включает звезд, но очень хорош, - и, прежде всего, Титус Уэлливер, сыгравший Босха.
Те, кто смотрел «Прощай, детка, прощай», могут вспомнить его в роли Лайонела Маккриди, дяди похищенной Аманды. Когда он, много лет как завязавший пьяница, в сцене признания в баре заказав три порции виски и пиво, поднимает первый шот, говорит «Двадцать три года – это не шутка» и залпом выпивает его – это, на мой взгляд, выглядит красивей и торжественней, чем последняя чарка черного саке перед взлетом камикадзе. (Когда мне хочется напиться выпить виски в баре, я, бывает, копирую этот заказ).
Глаза у Титуса – умные и грустные, как у большой собаки вроде блад-хаунда. В принципе, именно такой взгляд, как мне кажется, и должен иметь детектив из отдела убийств, сыщик, идущий по кровавому следу.

Под впечатлением от сериала я взялся перечитывать романы Коннелли. Я их читал раньше все – и те семнадцать или восемнадцать, что про детектива Иеронима «Гарри» Босха, и те четыре или пять, где главным героем является Микки Холлер, «адвокат из «Линкольна»», и про отставного агента ФБР Терри Маккалеба (его, в «Кровавой работе, сыграл сам Клинт Иствуд); и про журналиста Джека Макэвоя, и те, что «вне серий». Но читал я их все вразнобой, а теперь взялся перечитывать по порядку. (И почти сразу выяснилось, кстати, что один роман. «Теснина», я таки пропустил). Серия написана очень хорошо – никакой путаницы в именах, датах и персонажах, но главное – герои развиваются. Читать серийные детективы Конан Дойля, Эллери Куина, Дж. Д. Карра (и даже Эда Макбейна), можно практически в любом порядке – потому что развития героев (даже главного, не то что второстепенных) там не происходит. Стив Карелла 1950ых и Стив Каррела 1990ых – это один и тот же человек, не постаревший, и не изменившийся. А вот Босх меняется, и меняются другие герои серии. (В любом учебнике для начинаюющего писателя написано, что должно быть развитие героя – но большинство нынешних «писателей» это правило игнорируют_.
В общем, данная серия является лучшим подтверждением тезиса о том. что самая «настоящая» литература сейчас создается в жанре детектива. Разумеется, я имею в виду англоязычный, преимущественно – американский детектив (отнести к литературе Маринину с Устиновой – это было бы извращение, конечно; но в современной русской литературе дела вообще идут неважно). Я вообще считаю, что (русская, в частности) литература сильно выиграла бы, если бы запретили (хотя бы временно) публиковать произведения, не относящиеся к детективному жанру. В конце концов, под-жанры детектива весьма многообразны, и любой стоящий писатель мог бы найти свой. А кто не найдет, тому, по большому счету, нечего сказать читателю.

плоть падших ангелов

По TV XXI сейчас показывают «Секреты Лос-Анджелеса». Я всегда с удовольствием смотрю этот фильм, хотя он, по моему убеждению, и не дотягивает до оригинальной книги. Ну, тут мало что можно сделать: роман Эллроя – это эпопея протяженностью в восемь лет, с десятками персонажей, ядро «Лос-Анджелесского квартета», яркими мазками рисующего темную сторону жизни Города Ангелов с середины сороковых по конец пятидесятых годов прошлого века. Чтобы должным образом экранизировать его, следовало бы взять в качестве режиссеров Фрица Ланга, Абеля Феррару и Роберта Родригеса, да еще и замахнуться на формат мини-сериала, хотя бы на дюжину эпизодов. А то события, между которыми в романе проходят годы, в фильме следуют друг за другом в течение дней, а то и часов, сгущая действие до сверхъестественной плотности – у героев, кажется, нет ни секунды передышки. Многие важные фигуры романа, вроде Престона Эксли, вообще исчезли, другие – как Инес Сото – были «урезаны» даже не до ролей второго плана – практически до уровня статистов.
Вот в том, что касается подбора актеров, придраться особо не к чему. Конечно, тот факт, что многие второстепенные персонажи подверглись кардинальным метаморфозам, не мог не наложить свой отпечаток: Сид Хадженс стал слишком симпатичным (иначе и быть не могло, раз уж играть его доверили Дэнни Де Вито), тогда как обаятельный авнтюрист Базз Микс (герой «Города греха», погибающий в прологе «Секретов») почему-то превратился в похожего на игуану старикашку. Зато сложно теперь представить, что кто-то еще, кроме Рассела Кроу, мог сыграть роль Бада Уайта; и Кевин Спейси в роли «Большого Джека» Винсеннеса очень убедителен. Кстати, Спейси обладает тем же типом внешности, что и звезды нуарных голливудских фильмов начала пятидесятых – он действительно похож на Джона Пэйна в «Секретах Канзас-Сити» (да, я знаю, что обычно “Kansas City Confidential” переводят как «Тайны Канзас-Сити», но параллель названия с “L.A. Confidential” уж очень на поверхности лежит :-)). Рассел Кроу в роли Бада Уайта чем-то напомнил мне Дану Эндрюса в «Лоре» (тогда как Спейси неуловимо похож на него же, но в «Там, где кончается тротуар»). Наконец, Ким Бейсингер, играющая дорогую проститутку Линн Брэкетт, по сюжету как две капли воды похожую на актрису Веронику Лэйк, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО похожа на настоящую Веронику из «Стеклянного ключа».

Жаль только, что этим великолепным и великолепно подобранным актерам фактически нечего играть. Второстепенные герои вообще плоские, да и у главных отобрали или упростили внутреннюю драму. В фильме мы болеем за Бада Уайта, Джека Винсеннеса и Эда Эксли потому, что они (с небольшими оговорками) хорошие. В книге мы сопереживаем им, несмотря на то, что они, в большей или меньшей степени, плохие. Их боль, комплексы, страдания или (даже!) преступления делают их ближе, заставляют сопереживать им, прощать им многое. Уайт, который пошел в полицию, чтобы отыскать и убить собственного отца, до смерти забившего мать; сбежавший с поля боя Эксли, инсценирующий на Гуадалканале героический подвиг для того, чтобы снова сбежать – теперь уже с войны вообще; Винсеннес, откупающийся от собственной совести за убийство двух невинных людей полученными на взятках деньгами. Пусть средний читатель и не испытывал драм подобного масштаба, все же у всех у нас есть свои внутренние демоны, есть темная сторона, и мы с сочувствием относимся к этим героям, потому что можем представить себя на их месте, потому, что мы тоже – далеко не ангелы. Джеймс Эллрой больше верит в это наше сопереживание, нежели сценаристы фильма. В фильме сбежавшие негры-насильники оказались вооружены, когда Эд Эксли пришел за ними со своим дробовиком, и даже застрелили его напарника – все для того, чтобы он мог с чистой совестью перестрелять их. В романе все четверо застреленных были безоружны – ну и что из того, разве стал кто-то из читателей презирать или ненавидеть Эксли из этого? Да, эти копы, бывает, избивают подозреваемых, подтасовывают улики, лгут, угрожают, шантажируют – но мы их прощаем. Просто они продали свои души ради той Абсолютной Справедливости, для достижения которой они жертвуют самыми дорогими людьми и самими собой. Справедливость восторжествует, но хэппи-энда не будет. Во всяком случае, в книге.
В финале фильма Линн говорит Эду: «Одним достается весь мир, а другим – бывшая проститутка и поездка в Аризону». В книге ее реплика на этом не кончается – там еще: «Ты – из первых, но, видит Бог, я не завидую тебе, со всей той кровью, что у тебя на совести».

Что ж, всё правильно, всё расставлено по местам: Уайт, может, и заслужил душевный покой, но заплатил за это превращением в инвалида. Большой Джек, чуть только показалось, что он расплатился по счетам и может надеяться на счастливую семейную жизнь на пенсии, получает пулю в лицо. Эдмунду Эксли суждено достичь вершин профессиональной и политической карьеры, прожить жизнь долгую и успешную – но лишенную радости и счастья. В этой мере вещей – вся логика нуара, его физика и арифметика. Каждый получает по заслугам, а значит – никто ничего особо хорошего не получает.

Ведь в жизни никто из нас не хочет получать по заслугам – все хотят получить БОЛЬШЕ того, что заслуживают. Мы хотим меньше работать, больше отдыхать и зарабатывать, меньше давать, больше получать, хотим брать кредиты под смешные проценты или вообще выигрывать в лотерею. Мы хотим, чтобы наши жены любили нас, но чтобы сами мы могли наслаждаться общением с юными красотками. Мы хотим превышать скорость, но не хотим ни платить штрафы, ни разбиваться в авариях в мокрый фарш. Мы не хотим бегать трусцой и ходить в тренажерный зал, но хотим быть стройными и красивыми. Мы хотим пить и развлекаться, но не хотим испытывать похмелье на утро. Такова жизнь и таковы люди, и что ж тут поделаешь? Как говорится, homo sum, humani hihil…, и кто я такой, чтобы бросать в кого-то камни?
Но лично мне, все-таки, почему-то приятно, что существует нуар, мир, в котором, может быть, и нет радости, но есть справедливость; мир, в котором, если ты выпил вечером шесть двойных порций виски, то наутро у тебя будет болеть голова ;-)