Фродо

(no subject)

Читаю сейчас книжку Ежи Ставниньского «Записки молодого варшавянина» (я скачал её себе в читалку еще в 2012, потому что в целом интересуюсь той эпохой, но реально захотелось читать только недавно). Герой «Записок», от лица которого ведется повествование – поляк, родившийся в Варшаве 24 сентября 1921 года, и каждая глава книги описывает его «дни рождения» в различные годы (в оригинале книга так и называется - «Młodego warszawiaka zapiski z urodzin»).
Первый его день рождения – это 1938 год, ему семнадцать, он только что окончил гимназию и должен пойти на год в армию; это дни прямо перед Мюнхеном, в воздухе пахнет грозой, но раскаты грома еще далеко. Во второй главе молодому Ежи – восемнадцать, он командует взводом связи в воюющей Варшаве в последние дни перед капитуляцией Польши. Третья глава переносит нас сразу в сентябрь 1943, когда наш герой работает мелким чиновником финансового отдела в оккупированной столице генерал-губернаторства Рейха и, параллельно, руководит ячейкой Сопротивления. Сейчас я дочитал уже до четвертой главы, где действие происходит в последние дни Варшавского восстания, и Ежи снова командует связистами Армии Крайовой, ведущей безнадежные бои с гитлеровцами. Судя по биографии автора «записок» (я посмотрел в польской Википедии, и узнал, что сам Ежи Ставиньский действительно сражался и в 1939, и в подполье, и в дни восстания, имеет военные награды и пр., так что книга, в значительной степени, автобиографична), ожидаю, что в пятой главе он расскажет про службу героя в Армии Андерса после освобождения из немецкого плена, или про его возвращение в 1947 году назад в Польшу.
Книга читается очень увлекательно, несмотря на отдельные вкрапления пафоса, который автору прощаешь, памятуя о его героической судьбе – тем более, что пафосные мысли и чувства исходят от совсем молодого героя и потому кажутся вполне естественными. Особенно интересна лично мне была глава про жизнь под оккупацией: параллели с современными минскими реалиями напрашиваются очень часто. «Альбина взяло гестапо, все адреса, которые он знал, надо считать «засвеченными» - он может выдать под пытками то, что знает; тебе нельзя сегодня ночевать дома» читаются одновременно с новостями «Змiцера взяли у подъезда, кто с ним переписывался в «телеге» - быстро почистить всё» и «За Полиной пришли домой, но её не застали, сейчас она в безопасном месте, а вот у Велаза двоих забрали прямо из квартир». Это, конечно, выглядит как parva componere magnis, но, на самом деле, мысль о том, чтобы попасть в руки «губопика» не пугает меньше от того, что знаешь, что расстрел или виселица тебе (пока?) (точно?) не грозит (да и нынешние пытки на Окрестина или Жодино у героев Сопротивления вызвали был лишь улыбку – но это не делает их для нас менее мучительными).
И еще при чтении откликается чем-то очень знакомым описание душевной близости, возникающей между людьми совершенно разного возраста, образования и социального положения – но служащими одной общей цели, объединенных общей мечтой и общей судьбой.

В общем, хорошая книга, вполне рекомендую к прочтению.
Фродо пьет чай

(no subject)

Прочитал тут интервью с Артемием Троицким про современную белорусскую протестную музыку – весьма комплиментарное: дескать, явления такого масштаба не только в России нет и не было никогда, но и вообще в мировой истории, типа.
Он там привел, в качестве своего фаворита, «Белый легион» с народно-маршевыми песнями . Я, по правде говоря, «Легион» и не слышал раньше никогда, но тут послушал с большим удовольствием.
И эта маршевая речёвка напомнила мне об одном забавном феномене, про который я собираюсь написать вот уже несколько недель (преимущественно именно по воскресеньям вспоминаю):
Практически на каждом марше можно услышать. как протестующие скандируют «Лукашенко – в автозак!». Но нынче звучит это вовсе не так, как рубленые слоганы. которые помнятся ещё с девяностых – вроде: «Лу-ка-шен-ко в ав-то-зак!!». Нет, нынче это произносится нараспев: «Луукаашенкааа в автаазааак!». Причем, правильно это делается так: кто-то один выкрикивает во всю глотку эту кричалку. а толпа повторяет. Ну, если вы видели голливудские фильмы, в которых какие-нибудь морпехи или там курсанты военной академии гоняют во всю мощь бегут трусцой на тренировке, сержант запевает речевку, а все хором повторяют нараспев – то вот примерно такие ассоциации это вызывает ))
Фродо пьет чай

встать, суд идет!

Дошли наконец руки почитать материалы моего второго (хотя хронологически – первого) суда, за которыми я ездил аж в Воложин - поскольку судила меня в Жодино судья Воложинского суда Нестеревская Т.С.
Согласно свидетельским показаниям, которые дал участковый инспектор ГОМ-3 УВД Заводского района, лейтенант милиции Лайко Дмитрий Сергеевич под запись своего коллеги Хомича Дмитрия Валерьевича (кстати. интересно, это настоящие имена? давеча один мой приятель сказал, что у него самого, на прошлой неделе, свидетелем на суде был некий Александр Александрович Александрович)), он – Лайко Д.С., лично наблюдал, как я “ принял участие в несанкционированном массовом мероприятии – уличном шествии, а именно в организованном массовом движении группы граждан по пешеходной части улиц по маршруту от ул. Чеботарева 7 до Чеботарева 9” (sic!) То есть, этот участковый инспектор, находясь не в своем районе (ул Чеботарева, как и весь маршрут шествия. в котором я успел принять участие, находятся в Партизанском, а не в Заводском), наблюдал за шествием группы людей (взяли нас там 130 человек, большее количество успело разбежаться) между двумя соседними двухэтажными «сталинками». Впрочем, абсурдностью обвинений тут никого не удивишь уже давно.
По словам свидетеля, я « выкрикивал лозунги «Требуем перемен» (WTF?? Такого лозунга в современном белорусском дискурсе просто не существует, никто никогда не орет ничего подобного!), «Жыве Беларусь» (в постановлении суда. слава Богу. через «ы» написали – а то в оригинальном протоколе, составленном Хомичом Д.В. было «живе», простигосподи), требовал смены власти, хлопал в ладоши ».

Отвлекусь сейчас от документа, и расскажу вкратце, как проходил сам суд.
Collapse )

«Суд» проходил в каморке без окон размером с ванную комнату в советской квартире, куда мы все заходили по одному. Ожидающие своей очереди стояли в коридоре лицом к стене, заложив руки за спину. Я был предпоследним из нашей восьмерки. Из предыдущих шести одному (молодому парню Владу, работающему в службе охраны метрополитена) дали восемь суток, остальные получали штрафы, причем, насколько удалось услышать, суммы присуждали смешные – 3-5 базовых (примерно от 30 до 50 долларов).
Настроенный достаточно оптимистично, я вошел в «зал суда». Там была полная невысокая женщина в очках – собственно, судья суда Воложинского района Минской области Нестеревская Т.С., и, за её спиной, секретарь суда – молодая девчонка, которая показалась бы симпатичной, если бы не глаза как у зайца, попавшего в свет фар. Меня спросили согласен ли я, чтобы рассмотрение проходило в отсутствие свидетелей и пр., и я подписал согласие (понимая, что «свидетели» в таких судах – просто фарс, так чего время тратить?) Изучив лежащие перед ней материалы дела, судья спросила, знаю ли я, что шествие, в котором я участвовал (я не отрицал участие) – несанкционированно. Я подтвердил, что знаю. Она спросила: «а почему не участовать в разрешенном?». Я ответил, что с удовольствием бы участвовал в разрешенном, на что она отреагировала: «так добивайтесь разрешения! становитесь организатором!». Я подумал. уж не хочется ли ей пришить мне уже уголовную ответственность как организатору, но вслух ничего не сказал. Она еще пошуршала моим делом, сказала вслух, полувопросительно «это же у вас первое такое обвинение? раньше административные только нарушения ПДД были». Поскольку это не был прямой вопрос. я промолчал – так как задержание это у меня было второе, но по первому суд должен был состояться только на следующий день, то я решил, что. если они не будут знать. что я – типа рецидивист в протестной активности, то шансов выйти со штрафом у меня существенно больше. Судья спросила. с кем я живу, и я честно сказал, про жену в декрете и двух дочек, девяти и двух с половиной лет. Даже странно было услышать сразу после этого приговор: «административный арест 6 суток». Меня выводят, ставят рядом с Владом (он, кстати, был единственным в камере кроме меня, у кого есть дети - полуторалетний сын); те, кто получил штрафы. стоят у другой стены (к ним через несколько минут присоединяется и последний из наших сокамерников). Их ждет выход наружу, а нас разводят по нашим новым камерам.

Сейчас я читаю в постановлении суда, что подсудимый, дескать, « имеет постоянное место жительства и работы, но ранее привлекался к административной ответственности, должных выводов для себя не сделал, по делу не установлено ни одного обстоятельства, которое в силу ст.7.2. КоАП судья мог бы признать смягчающим, учитывая все указанные обстоятельства в совокупности, суд считает, что цели административного взыскания не могут быть достигнуты при назначении более мягкого наказания, чем административный арест ». Забавно, что у меня есть перед глазами и список моих пресловутых административных нарушений из дела – там даже отсуствует небольшое ДТП, в которое я попал (по своей вине) в августе, а есть только превышения скорости с фоторадаров; в общем, меня делают каким-то закоренеслым правонарушителем из-за жалких превышений скорости )). (Кстати, изучение материалов дела показывает, насколько криво вообще организовано в нашем МВД хранение данных: в выписке обо мне были сведения о моей жене и старшей дочери, а вот младшей не было).

Кстати, пока я осиживал свои «сутки», планировал описать этот опыт в одном или нескольких постах – но вот уже полтора месяца прошло, а руки так и не дошли.
Фродо пьет чай

(no subject)

Я давеча съездил в суд Партизанского района, чтобы получить копию постановления судебного заседания от 9 сентября, которое присудило мне штраф за участие в несанкционировааном мероприятии в 20 базовых величин (немногим больше двухсот долларов). Заседание это происходило без моего участия, потому что я к тому времени уже третий день как сидел в изоляторе временного содержания в Жодино, задержанный 6 сентября и осужденный на 6 суток административного ареста 8 сентября (про тот суд я, как дойдут руки, тоже напишу). Моя жена, зная, что 9 сентября меня должны судить по первому делу, не преминула позвонить в суд и сообщить (у них такая неразбериха, что сами они были не в курсе), что я от «правосудия» не прячусь, а что не явился на суд – так на то имеется уважительная причина; и что я абсолютно доступен для всех процедур, находясь в полном распоряжении государства в ИВС. Ей невнятно пообещали. что судить меня будут по Скайпу, но, разумееится, наврали, и провели судилище вовсе в отсутствие подсудимого.
Впрочем, я свое участие в митинге 27 августа, за который меня судили, и не отрицал вовсе - признав в протоколе задержания, что, да, выкрикивал-таки провокационный лозунг «Жыве Беларусь!»
Получив на руки копию постановления и доступ к материалам дела, которые кое-как перефотографировал на телефон, я узнал. что судил меня судья Михаил Иванович Хома, а в основе приговора лежали показания Александра Александровича Кононовича, УИМ Партиазанского района г. Минска, родившегося в 1986 году в Гродненской области, и проживающего, судя по протоколу, по адресу ул Ваупшасова, 26 (по этому адресу расположено собственно Партизанское РУВД, но вряд ли данный инспектор прямо там и живет )) Участковый инспектор Кононович А.А. свидетельствовал, что лично наблюдал за тем, как я участвую в неразрешенном шествии и митинге, хлопаю в ладоши, выкрикиваю лозунги и т.п.
У меня, разумеется, никогда не было никаких иллюзий по поводу лукашенсковского судопроизводства, но всё равно как-то непонятно: ни начальная (Площадь Свободы), ни конечная (Площадь Независимости) точки шествия НЕ находятся в Партизанском районе г. Минска. Так что же там делал участковый инспектор Партизанского РУВД, который должен был бы, по идее, навещать подопечных пьяниц, дебоширов, хулиганов и домашних тиранов на вверенной ему территории?
Вопрос, как вы понимаете, риторический.
Фродо пьет чай

(no subject)

Я сегодня пошел постричься, к своему постоянному мастеру. Историческая (с глубоко советских времен) парикмахерская в центре Минска, в зале работают два мастера, моя - постарше, вторая - помоложе. Вторая стрижет клиента, из обрывков разговора понимаю, что он – с «Площади Перемен», знаменитого двора, где жители домов настойчиво восстанавливают мурал с диджеями, яростно уничтожаемый властями. Я своей упоминаю, что тоже «в теме»: дважды судим за протесты, отсидел на Жодино )). Первая реакция: «Боже, вас там не били?» - говорю, что нет. Парикмахерша моя взахлеб начинает рассказывать, что сама «каждое воскресенье на Марши ходит, ни одного не пропустила». что и в цепочках солидарности стояла и т.д. Говорит, что сейчас многие – то ли в шутку, то ли всерьез - просят сделать стрижку «чтобы суток пятнадцать можно было не причесываться». Пока моет мне волосы, громко заявляет напарнице, что у неё, дескать, тут тоже «герой». Когда стрижка закончена, решительно заявляет, что денег с меня не возьмет, напарница её тоже кивает: «Вы – наши герои!» Очень трогательно.
Те, кто меня знают, могут подтвердить, что вообще-то я не из тех, кто болтает с паримахерами, таксистами, барменами; я, всё-таки, достаточно сдержанный в общении человек. Но нынче мы в такие времена живем, что начинаешь говорить – не для пиара и прочего. а чтобы человека прощупать, на предмет «свой-чужой». Для выстраивания сети горизонтальных связей важно понимать, нормальный ли человек перед тобой. У ненормального нынче не то, что стричься или зубы лечить – чашку кофе в баре купить не захочешь. К счастью, «нормальных» в Минске нынче долго искать не приходится.
Фродо пьет чай

мы не знали друг друга до этого лета

Смотрите, какие бывают удивительные совпадения:
Миссия "Политзек" - выполнено
Совершенно незнакомый мне человек описывает, как его взяли 27.08 на Плошчы – там же где и меня тогда же – и отвезли в то же самое Партизанское РУВД. Его, в отличие от меня, не отпустили тогда до суда, а прямо отвезли на Окрестина, а потом, после приговора – в Жодино, где он отсидел свои «сутки» в той же самой камере, в которой впоследствии, после своего второго задержания (и уже после его освобождения), оказался и я. Так что с ним мы не пересеклись лично (даже имени его не знаю), но общие сокамерники у нас обнаружились – включая длинноволосого правдоискателя Дмитрия, которого я тоже упоминал в своем постике о задержании на Плошчы
.
Дмитрию тогда дали сразу 15 суток, так что освободился он меньше, чем за день до меня.
(Кстати, с Дмитрием забавно получилось, когда я, войдя в камеру после суда. увидел его – хоть и без очков и с густой щетиной – и сразу назвал ему его имя и фамилию, которые запомнил с РУВД))
Фродо пьет чай

Рекомендации по передачам на ИВС в Жодино

По итогам давешней отсидки на «сутках» в ИВС в Жодино есть желание написать много чего, но, очевидно, самое срочное и востребованное (учитывая то. что нынче каждый порядочный белорус должен быть готов очутиться за решеткой) – это рекомендации касательно передач от родных и близких тем, кто отбывает свои административные аресты.
Сразу оговорюсь, что мой опыт касается только Жодино (как там на Окрестина, не знаю) и может быть более или менее актуален лишь в ближайшее время. так как власть меняет нормы и правила буквально на ходу.

Мои рекомендации написаны с учетом того, что вы и так уже почитали что-то, и. в принципе, представляете основные правила (например, я a priori полагаю, что вы не решите, будто можно передавать задержанным часы, алкоголь; одежду и обувь, содержащую шнурки, и пр.) Также, хотя в современной Беларуси хватают и девушек тоже, мои рекомендации – особенно в том. что касается предметов личной гигиены и т.п. – касаются, ввиду ограниченности собственного опыта, в больше степени,задержанных мужчин (уж не сочтите за сексизм).
Итак:
Ваша посылка не должна превышать 5 кг, и принимают её в Жодино лишь один день в неделю (по средам), так что и лишнего ничего не надо класть, и желательно не упустить ничего полезного.
1. Пластиковая кружка. Весит очень мало, но является жизненно важной для более или менее комфортной жизни в ИВС. В настоящее время, видимо, в связи с переполненностью тюрьмы, горячее питье (чай и компот) заключенным очень часто дают из расчета одна алюминиевая чашка (объемом ок. 400 мл) на двух человек. Т.е., сидите вы в камере в ввосьмером, и вам дают 4 кружки – хочешь, по очереди пей, хочешь, переливай в тарелки из-под баланды. Помимо скудного объема горячей жидкости, можно пить лишь воду из-под крана, но и её лучше наливать в кружки, а не ловить струю прямо ртом.
2. Бутилированная вода. Эту позицию упоминаю в связи с предыдущим пунктом, а не потому. что она так уж важна. Воду из-под крана в Жодино пить можно (никто от неё не умер), но, если была возможность, мы предпочитали пить «нормальную» воду. Впрочем, вода (или прозрачные безалкагольные напитки) – это роскошь, кладите её в передачу только тогда (или если), когда уже всё положили и остался свободный вес.
3. Мои сокамерники сказали мне, что, как правило, принимают к передаче сухие ароматизаторы для добавки в воду – типа «цевиты». Могут и не взять, но пакетик весит немного, можно рискнуть.
4. Все знают, что в передачу надо класть хлебцы, крекеры, печенье и т.п. Это то, что essential, но мы очень радовались, когда в передаче о т кого-то поступал настоящий хлеб (нарезанный – резать там нечем, и упакованный в пленку). Тот хлеб, что в изобилии дают в Жодино, очень подходит для лепки, буде у кого-то есть скульпторский талант, но для еды он так себе. Опять-таки, хлеб кладете только тогда, когда уверены, что положили всё необходимое, и еще полкило веса осталось.
5. Все кладут в передачи копченую колбасу. Естественно, нарезанную на кусочки - там её резать нечем. (Все помнят эпизод, как Иван Денисович давал кавторангу спрятанный в матрасе ножик нарезать полученую в посылке с воли колбасу? у нас в матрасах ножиков нет, увы) К сожалению, вне холодильника, в полиэтиленовом пакете, нарезанная колбаса начинает портиться очень быстро – спустя день она уже с душком). Я советовал бы вместо колбасы приносить максимально высушенные и/или просоленные куски цельного мяса - полендвицу и пр.
6. Мы, в одной из передач, получили также сыр – сделав из сего факта вывод, что сыр передавать-таки можно. К сожалению, мягкий сыр тоже портится после суток вне холодильника. Мы с сокамерниками решили, что твердый сыр, типа «Джугаса» может продержаться дольше – особенно, если его не резать (он довольно легко крошится). Но тут есть риск. что тюремщики заартачатся, так что много сыра не кладите.
7. Примимая во внимание пп.5 и 6 выше: вы передаете продукты в прозрачных полиэтиленовых пакетах (так тюремщикам легче их осматривать, и есть шанс, что они пакеты не станут рвать и лезть в продукты своими грязными жадными пальцами). Однако, для хранения продуктов в условиях камеры, я рекомендовал бы передать несколько бумажных («крафтовых») пакетов.
8. Сладости – конфеты. карамель, шоколад, вафли и пр. Иногда говорят. что принимают только без оберток, но к нам и в обертках доходили. На всякий случай, можно развернуть и сложить в прозрачные пакеты.
9. Сухофрукты – орехи, курага, чернослив и т.п. очень востребованы, дают и энергию (поверьте, есть то, чем кормят на ИВС – не каждому сразу под силу, мы ж не на годы туда садимся) и витамины.
10. Логично вытекает из п.8 – для витаминов: свежие яблоки (получали целые), лимоны (получили нарезанный на кусочки, съели с чаем, хранится не более суток), апельсины,чеснок.
11. Иногда говорят, что нельзя передавать чай и кофе. На деле. мы получали и чай – рассыпной и в пакетиках, и растворимый кофе. Казалось бы. в ситуации невозможности получить кипяток, от чая мало пользы. Но, на деле, пакетик чая всегда можно кинуть в кружку со слабым чаем, который дают на завтрак и ужин, чтобы сделать его хоть немного более приятным на вкус. Так что, стоит попробовать положить в передачу коробочку чая в пакетиках, весит она немного.

Вышеуказанное – нижний уровень пирамиды Маслоу, когда эти потребности удовлетворены, можно говороить о гигиене.
12. Зубная щетка. Вообще-то, это единственный действительно необходимый предмет гигиены, и. в наше время в РБ, её лучше носить с собой просто везде и всегда. чтобы в ИВС оказаться прямо с ней. Паста – вещь нужная, и, безусловно, рекомендуемая к передаче, хотя, попав в камеру, где уже кто-то сидит, вы получите доступ и к зубной пасте сокамерников. То же относится и к мылу, шампуню и т.п. Разумеется, при первой возможности стоит моющие средства-таки передать, иначе они в общем доступе быстро кончатся. Одному моему сокамернику жена передала сразу три зубные щетки – на случай, если у товарищей по камере не окажется; такие жесты солидарности следует всячески приветствовать. Бритвенные станки принимают, но на руки не выдают: заключенный, буде у него возникнет желание побриться, обращается к администрации, ему выдают бритвенный станок из его передачи, он бреется и отдает станок назад. Впрочем, не видел ни одного, кто там бы брился – включая и тех. кому станки передавали, так что вещь это не самая полезная.
Полотенце (небольшое) лучше передать, хотя в тюрьме дают одно – маленькое, вафельное.
13. Для мытья посуды передайте поролоновую губку. А вот химические средства для мытья посуды – лишние, я даже не уверен. что их примут, если передать.
14. Одежда и обувь. Вспомните, во что был одет арестованный. когда его задержали, и подкорректируйте его гардероб. Из одежды рекомендуется иметь спортивные брюки, тапочки, футболки, хорошо иметь худи или мастерку. Передавайте сменные трусы и носки – не надо много, в ИВС можно стирать мелкую одежду и белье (мылом в раковине), у нас имелась и специальная штанга для сушки выстиранной одежды. В целом, надо признать, что подход к гигиене в заключении более гибкий, чем на свободе, так что, тот факт. что ваш мужчина на воле каждый день надевает свежую футболку или сорочку, вовсе не значит, что и в тюрьме он непременно будет таким же чистюлей (сужу по себе самому)).

Когда мы сыты, умыты и одеты, можно перейти к более высоким потребностям:

15. Развлечения и культура. Принимают государственные газеты – «Комсомольскую правду», по словам жены, не принимают. Принимают книги, но не все – выбирайте что-то нейтральное, без явных намеков на «политику». Попытайтесь передавать хорошие нейтральные журналы, вроде «Вокруг света» - должны брать. Многим приходит в голову написать в книжке послание «с воли», но, имейте в виду. что вся печатная продукция пересматривается и проверяется. если что-то находят – книгу там просто не выдадут.
Запрещены азартные игры, но, в принципе, НЕ запрещены настольные – так что карманные шашки или шахматы должны, в теории, взять (сам не получал, так что на 100% не поручусь).
Можно передавать сборники кроссворжов, сканвордов и пр. радости пенсионера
Передавайте тетради и ручки (говорят. что автоматические запрещены - мне дошла автоматическая, но лучше, наверное, брать самые простые) или карандаши. Возможно, ваш арестант напишет там мемуары, а нет – так хоть в «морской бой» всегда поигарть можно с сокамерниками.

Люди там (я имею в виду сокамерников) – все хорошие, можно даже сказать – самые лучшие, так что непременно помогут во всем, что возможно. Всё, что получается людьми в передачах, сразу поступает в «общий котёл» совершенно естественно.


Так пераможам )) Жыве Беларусь!
Фродо пьет чай

Записки протестующего минчанина, или Загляни в глаза чудовищ

Протестные выступления в Минске и других городах Беларуси продолжаются; продолжаются и задержания протестующих. Все мы читали и видели (а многие – и слышали от личных знакомых), ЧТО происходило с задержанными в первые дни протестов, через какие нечеловеческие пытки и издевательства многим довелось пройти – так что неудивительно, что нормальный белорус очень боится попасть в автозак. Боится – но выходит протестовать; выходит, - и всё равно боится.

Ниже я расскажу про свой опыт задержания (и это не тот случай, когда нужно предупреждать особо впечатлительных не читать во избежание вреда для психики).

Итак, в четверг 27 августа я участвовал в шествии от Площади Свободы к Площади Независимости (какой символичный маршрут, нарочно и не придумаешь)). За день до этого, вечером 28 августа, на Площади Независимости (где до этого уже в течение нескольких дней ежедневно были ликующие выступления протестующих) была «зачистка» - «тихари» хватали людей вокруг площади. Очевидно, что ежевечерние народные гуляния на Плошчы кое-кому очень не понравились, и им решили положить конец. И тут было очень важно, как мне кажется – после 26-ого таки выйти на Плошчу по призыву Nexta 27-ого несмотря на недвусмысленную угрозу задержаний. (Прямо как у классика: «Можешь выйти на площадь, смеешь выйти на площадь в тот назначенный час?!»)
Collapse )

Резюмируя многабукофф выше:
Мы все, выходящие на акции мирного протеста, боимся попасть а автозак, на «сутки», на Окрестина и пр. Боимся, что нас будут избивать, пытать, насиловать. Но и не выходить не можем – это ж знfчит, что мы смирились с властью этих фашистов.
Я не знаю, насколько мой опыт задержания может быть типичным для нынешних времен – всё-таки, уже не 9 августа, и не 12ое, the times are a-changin’ Но надеюсь, что к тем ужасам уже не вернется, сколько бы задержаний не ждало нас ещё в ближайшие дни и недели.
Верым, можам, пераможам! Жыве Беларусь!
Фродо пьет чай

(no subject)

в Минске (возможно, и по всей Беларуси) власти заблокировали facebook и youtube
(ну, и сайты оппозиционных газет и пр., само собой)
но ЖЖ-шечку не заблокировали
наверное, какой-нибудь штатный интернет-аналитик Луки доложил, что ЖЖ мертв, так что нечего на него силы тратить ))
Фродо

(no subject)

Я пропустил «Сиротский Бруклин», когда он шел в кинотеатрах пару месяцев назад, хоть и очень хотел сходить на него, посмотрев трейлер – Нью-Йорк пятидесятых годов, частный детектив, расследующий убийство друга и наставника, мужчины в шляпах, женщины в платьях, нуар, блюз и всё, как мы любим. Это я еше не говорю про отличный актерский состав. Но, в общем, не посмотрел, увы – зато оригинальный роман Летжма прочитал, - и роман меня не впечатлил, по правде говоря. Сюжет не то, чтобы очень увлекательный, и не особенно даже правдоподобный. Но, в основном, разочаровало меня то, что действие там происходит в девяностые – а это десятилетие, может,и вызывает интерес и/или ностальгию, когда речь идет о постсоветских странах, но в США, как мне кажется,было довольно скучным.
А тут включаю я телевизор, «Вось-мой» канал – и показывают фильм; я, разумеется, посмотрел, хоть и не с смого начала. И фильм мне понравился, как я и ожидал. От оригинального сюжета там не осталось ничего, кроме детектива с синдромом Туретта, который расследует убийство наставника - весь оставльной сюжет выдуман, кажется, с нуля. Но, с другой стороны, в нашем постмодернистском мире ничего «с нуля» не выдумывается, все сюжеты напоминают о каких-то других сюжетах. Так и «Сиротский Бруклин» сразу напомнил мне другой оммаж классическому нуару, «нео-нуар», уже сам ставший классикой – дилогию Романа Поланского про Джейка Гиттиса «Китайский квартал» и «Два Джейка» (мне, в первую очередь, вспомнился при просмотре фильма Нортона второй фильм дилогии, - хотя он, конечно, намного-намного менее знаменит, чем первый). Ну, вспомнился и вспомнился, стою, пью виски со льдом, утюжу рубашки. Фильм на «Вост-мом» заканчивается, начинается следующий - и какой бы вы думали? – «Китайский квартал». Те же пятидесятые (которые уже тогда, сорок лет назал, были историей) , те же частные детективы, те же власть, коррупция и насилие, элегантные мужчины в шляпах, роковые женщины, блюз и всё, как мы любим.
Если бы это Гугл мне подсунул один из моих любимых фильмов в тот момент, когда я о нем подумал, я бы, может, и не очень удивился. Но от канала белорусского телевидения я, честно, говоря, такого тонкого понимания не ожидал))